В развитии русской архитектуры первой половины XIX века можно выделить три основных этапа. Первый - с начала столетия до Отечественной войны 1812 года, второй - с середины 1810-х годов до конца 1830-х годов, последний - 1840-е - 1850-е годы.

В строительстве 1800-х - начала 1810-х годов развивались принципы, лежавшие в основе архитектуры второй половины XVIII века. Большое значение по-прежнему имело градостроительство. Выполненные в эти годы городские ансамбли намного превосходили по размерам все то, что было создано в предшествующий период. Особое внимание обращалось на дальнейшую разработку образцовых проектов, предназначенных для регулирования широкого строительства. Продолжала совершенствоваться строительная техника, в частности делались попытки широко применять при возведении зданий металл.

Плодотворная совместная работа архитекторов и скульпторов содействовала дальнейшему развитию синтеза искусств. Во второй половине XVIII века скульптура на фасадах зданий использовалась в виде редких исключений, а когда она применялась, то весьма умеренно, преимущественно для декоративного обогащения сооружений. Теперь, в первой трети XIX века, монументальная скульптура играет исключительно важную роль в архитектуре, и прежде всего в раскрытии идейного содержания тех или иных зданий и комплексов.

С наибольшей полнотой характерные черты архитектуры и монументального искусства этого времени выявились в творчестве зодчих А. Н. Воронихина, А. Д. Захарова, Т. де Томона.

А. Н. Воронихин (1759-1814). Андрей Никифорович Воронихин получил первоначальные познания по архитектуре у В. И. Баженова и М. Ф. Казакова. Затем в результате упорной самостоятельной работы он постепенно сложился в крупного зодчего. Признанный Академией художеств, он стал позднее профессором архитектурного класса, а в последние годы жизни - его руководителем.

Важнейшее создание Воронихина - здание Казанского собора в Петербурге (ныне Музей истории религии и атеизма Академии наук СССР; 1801-1811, ил. 81). Воронихин подошел к задаче с широким градостроительным размахом, осуществив постройку в тесной связи со всем окружающим районом, и прежде всего с основной магистралью - Невским проспектом.

Ил. 81. А. Н. Воронихин. Казанский собор. 1801-1811. Ленинград
Ил. 81. А. Н. Воронихин. Казанский собор. 1801-1811. Ленинград

Со стороны Невского проспекта собор производит особенно сильное впечатление, создается ощущение слитности и единства: мощные и торжественные колонные портики монументальны, а купол легок и изящен.

Постройка представляет выдающийся интерес с точки зрения строительной техники - в ней смело использованы новые конструкции (металлические стропила купола) в колоннадах интерьера и гранитные монолиты. Большое внимание было уделено Воронихиным декоративной скульптуре, к выполнению которой были привлечены крупнейшие ваятели того времени - И. П. Мартос, И. П. Прокофьев, Ф. Ф. Щедрин, С. С. Пименов и другие. Замечательна монументальная ограда собора - один из лучших образцов подобного типа в русской архитектуре. Она должна была замыкать, по замыслу зодчего, большую полукруглую площадь с западной стороны здания.

Другая работа Воронихина - здание Горного института, перестроенное им в 1806-1811 годах из ряда жилых домов, в которых первоначально размещалось Горное училище - первое высшее техническое учебное заведение в России. Воронихин объединил их общим большим корпусом, обращенным к Неве, с величественной колоннадой перед главным входом, рассчитанной на просторы реки и далекие точки зрения. Строгий и массивный дорический портик Горного института, дополненный по сторонам аллегорическими скульптурными группами работы С. С. Пименова и В. И. Демут-Малиновского, подчеркнуто монументален. Могучие стволы колонн, лишенные баз, как бы возникают из земли, прорастают сквозь нее, устремляясь ввысь и поддерживая огромный и тяжелый фронтон. Архитектура своими образными средствами выявляет и раскрывает назначение здания как учебного заведения, предназначенного для подготовки горных инженеров.

Этот же смысл вложен и в скульптурные группы по сторонам лестницы. Они посвящены теме борьбы мифологических героев с силами земли.

А. Д. Захаров (1761-1811). Творчество Андреяна Дмитриевича Захарова знаменует собой одну из вершин в развитии русского зодчества начала XIX века. Всю свою жизнь Захаров был тесно связан с Академией художеств, где учился, преподавал, руководил архитектурным классом. После того как Захаров стал в 1805 году главным архитектором Адмиралтейства, у него появилась возможность осуществить целый ряд замечательных проектов. Среди них особое место занимает реконструкция здания самого Адмиралтейства, наиболее значительного памятника русского зодчества начала XIX века (работы начались в 1806 г. и были закончены только в 1823 г., ил. 83). Заложенное как верфь и крепость, Адмиралтейство, сохраняя значение крупной судостроительной площадки, постепенно превратилось в большое административное учреждение, ведавшее всем морским и речным флотом России. Из двух П-образных в плане корпусов, образующих здание, Захаров сохранил за внутренним, выходящим на Неву и связанным с верфью, его производственное значение, лицевой же корпус капитально реконструировал, разместив в нем учреждения Адмиралтейства, его библиотеку, музей. При реконструкции Захаров сохранил не только общую конфигурацию старых корпусов, но и его наиболее интересные в архитектурном отношении элементы, в первую очередь знаменитый золоченый шпиль Коробова.

Ил. 83. А. Д. Захаров. Адмиралтейство. 1806-1823. Ленинград
Ил. 83. А. Д. Захаров. Адмиралтейство. 1806-1823. Ленинград
Ил. 82. Тома де Томон. Биржа. 1805-1810. Ленинград
Ил. 82. Тома де Томон. Биржа. 1805-1810. Ленинград

Членением масс и объемов, органически объединенных с внутренней планировкой здания, Захарову удалось придать сооружению большую выразительность и в то же время тесно связать его с архитектурой центральной части города. Ответственное место в оформлении здания отведено скульптуре, раскрывающей его значение. К исполнению скульптур Захаровым были привлечены крупнейшие ваятели того времени - Ф. Ф. Щедрин, И. И. Теребенев и другие.

Приемы, выработанные Захаровым, оказали большое влияние на дальнейшее развитие русской архитектуры первой трети XIX века.

Тома де Томон (1760-1813). Наряду с Захаровым и Воронихиным видное место в архитектуре начала XIX века принадлежало Тома де Томону. Томон родился в Берне (Швейцария), где и получил архитектурное образование. В Россию он приехал в 1799 году. Важнейшая его постройка в Петербурге - здание Биржи (1805-1810; ныне Военно-Морской музей, ил. 82). Томон решил его в виде величественного сооружения, окруженного открытыми дорическими колонными портиками-галереями; высокий цоколь предназначен для товарных складов. Перед зданием большая, полукруглая в плане площадь с причалом для судов. В композиции здания и связанных с ним ростральных колонн-маяков (по сторонам площади) видное место принадлежит аллегорическим декоративным скульптурам.

Ансамбль Биржи органически включился в архитектуру Петербурга; более того, он во многом определил собой облик центра города, в частности одного из самых ответственных его участков - зеркала Невы, ограниченного Петропавловской крепостью, Дворцовой набережной и Стрелкой Васильевского острова.

Кроме построек в Петербурге и его пригородах, по проектам Томона был создан ряд сооружений на Украине - в Одессе и Полтаве.

В строительстве Москвы начала XIX века наиболее заметное место принадлежало ученику Казакова И. В. Еготову (1754-1814). Его наиболее значительные постройки - большое больничное здание, так называемая "Военная гошпиталь" в Лефортове, где он успешно развил приемы Казакова, и Оружейная палата в Кремле (перестроена в середине XIX века) - первый общественный музей в Москве. Еготов много работал и в предместьях Москвы (усадьба "Люблино" и др.).

После победоносного завершения Отечественной войны 1812 года развертываются широкие строительные работы в сильно разрушенной пожаром Москве. Одновременно с восстановлением проводятся и значительные планировочные работы.

О. И. Бове (1784-1834). Большое участие в этом строительстве принимал архитектор Осип Иванович Бове, учившийся в школе при "Экспедиции Кремлевского строения", руководимой М. Ф. Казаковым. По проекту Бове были проведены большие работы по реконструкции всего окружения Кремля. Со стороны Красной площади была расчищена от закрывавшей ее прежде застройки Кремлевская стена; на противоположной стороне площади восстановлены с некоторыми изменениями Торговые ряды, сильно разрушенные во время пожара (полностью снесены во второй половине XIX века при постройке ныне существующего здания), перед ними воздвигнут памятник Минину и Пожарскому работы И. П. Мартоса. Благодаря этому древняя площадь Москвы приобрела новый облик. С противоположной стороны Кремля, на месте русла узкой реки Неглинки и существовавших здесь с начала XVIII века земляных рвов и укреплений, был разбит первый в Москве общественный городской сад. Одновременно невдалеке от Кремля, на территории, расчищенной от сгоревшей застройки и освободившейся в результате превращения Неглинки в подземный проток-канал, возведено здание Большого театра, проект которого разработан профессором Академии художеств А. А. Михайловым, а перед ним создана обширная площадь (ныне площадь Свердлова). Строгое, монументальное в своем первоначальном виде (позднее оно было несколько изменено архитектором А. К. Кавосом при восстановлении после пожара 1853 г.) здание театра, крупнейшее в то время в России, было, таким образом, органически связано с планировкой всего прилегающего района (ил. 85). В результате этих работ было подчеркнуто архитектурное значение Кремля как центрального комплекса всего города.

Ил. 85. Ж. Жакотте, А. Дюруа, Обрен. С оригинала В. С. Садовникова. Вид Большого театра в Москве. Литография. 32 X 43. Середина XIX в. ГРМ
Ил. 85. Ж. Жакотте, А. Дюруа, Обрен. С оригинала В. С. Садовникова. Вид Большого театра в Москве. Литография. 32 X 43. Середина XIX в. ГРМ

Д. И. Жилярди (1788-1845), А. Г. Григорьев (1782-1868). Наряду с Бове большое участие в строительстве Москвы этого времени принимали Дементий Иванович Жилярди и Афанасий Григорьевич Григорьев, работавшие вместе и построившие ряд особняков, облик которых типичен для застройки "послепожарной" Москвы: дом Хрущовых (1814-1817), ныне Музей А. С. Пушкина на Кропоткинской улице; дом Лопухиных (1817-1822), ныне Музей Л. Н. Толстого на Кропоткинской улице и другие.

Одна из их крупных построек - монументальное и строгое здание Опекунского совета (ныне Академия медицинских наук) на Солянке и обширная, пригородная в те годы усадьба Найденовых на живописном крутом берегу Яузы, выходящей на Садовое кольцо. Эта усадьба представляет собой своеобразный ансамбль, включающий главный дом, службы, регулярный сад с павильоном и беседками, решенный как единое целое, начиная с общей планировки и кончая деталями декоративного оформления.

Одна из наиболее известных построек Жилярди - так называемый Конный двор в подмосковной усадьбе "Кузьминки" (1820-е гг.). Основное его звено - монументально трактованный и очень сдержанный в декоративной разработке павильон с большой нишей-экседрой в центре, охваченной строгим дорическим портиком.

В конце 1810-х - 1830-х годах в Петербурге развернулась обширная строительная деятельность. Ею руководил созданный в 1816 году "Комитет строений и гидравлических работ", объединивший ведущих архитекторов и инженеров. В строительстве Петербурга в этот период особенно значительное место принадлежит архитекторам В. П. Стасову и К. И. Росси. Благодаря деятельности Росси, Стасова и многих их современников - архитекторов, инженеров-мостостроителей - Петербург к концу 1830-х годов приобрел исключительную архитектурную цельность и прославленный "строгий, стройный вид".

В. П. Стасов (1769-1848). Василий Петрович Стасов начал практическую деятельность еще в конце XVIII века в Москве, но период расцвета его дарования связан с Петербургом.

В конце 1810-х годов Стасов создал здесь два своих основных произведения - здание казарм Павловского полка (ныне Ленэнерго, ил. 87) на Марсовом поле и здание Конюшенного ведомства, на участке между Конюшенной площадью и Мойкой. Оба сооружения свидетельствуют о стремлении Стасова подойти к композиции с широких градостроительных позиций.

Ил. 87. В. П. Стасов. Казармы Павловского полка. 1817-1819. Ленинград
Ил. 87. В. П. Стасов. Казармы Павловского полка. 1817-1819. Ленинград

Марсово поле было превращено в эти годы в новую большую площадь города. Она была связана системой вновь проложенных проездов и улиц с районом Невского проспекта, с кварталами, расположенными за Фонтанкой, и с новой Суворовской площадью у Невы (установленный у этой площади наплавной мост связал левый берег Невы с Петербургской стороной).

Важное градообразующее значение здания Павловских казарм предопределило его композицию. Торжественная монументальность сооружения должна была указывать на роль Павловского полка, особо отличившегося в событиях Отечественной войны 1812 года. Так же, учитывая место здания во всем его окружении, решил Стасов и здание Конюшенного ведомства с характерным для него сочетанием павильонов и низких корпусов - жилых флигелей, манежа, конюшен, каретных сараев.

Из многочисленных построек Стасова более позднего времени выделяются Нарвские ворота, сооруженные взамен временных Триумфальных ворот, воздвигнутых летом 1814 года по проекту Д. Кваренги к возвращению русской гвардии из Парижа.

Большое внимание Стасов уделяет созданию интерьеров. Он много работал по перестройкам и переделкам помещений в Екатерининском дворце города Пушкина, где им, в частности, был создан уникальный по тонкости композиционного и пластического решения кабинет Александра I, являвшийся характернейшим образцом отделок позднего классицизма.

К. И. Росси (1775-1849). Карл Иванович Росси был учеником архитектора В. Ф. Бренны, начал свою практическую деятельность в Москве. После окончания Отечественной войны он возвращается в Петербург, где прошла его юность, и здесь вскоре становится одним из ведущих зодчих. Росси прежде всего замечателен как градостроитель. Созданные им сооружения всегда связаны с большими городскими площадями, системами улиц. В 1819-1829 годах по его проекту напротив Зимнего дворца возводится здание Главного штаба (ил. 84) и министерства с замечательной аркой, завершившее формирование Дворцовой площади. В те же годы ведутся обширные работы, связанные с реконструкцией всего района от Невского проспекта до Невы и от Фонтанки до канала Грибоедова. Составной частью этих работ было строительство Михайловского дворца (ныне Русский музей). Перед Михайловским дворцом Росси планирует большую Михайловскую площадь (ныне площадь Искусств), на ее оси прокладывает Михайловскую улицу, соединившую площадь с Невским проспектом. Параллельно фасаду дворца архитектор формирует Инженерную улицу, Садовую же улицу продолжает до Марсова поля. Здесь при создании комплекса Михайловского дворца (1819-1825) особенно широко проявилось умение Росси решать всю задачу комплексно - от общей планировки до деталей внутренней отделки и предметов мебели.

Ил. 84. К. И. Росси. Главный штаб. 1819-1829. Ленинград
Ил. 84. К. И. Росси. Главный штаб. 1819-1829. Ленинград
Ил. 86. К. И. Росси. Александрийский театр. 1828-1832. Ленинград
Ил. 86. К. И. Росси. Александрийский театр. 1828-1832. Ленинград

Замечательная постройка Росси - здание нового общественного театра (теперь - Академический театр драмы имени А. С. Пушкина; 1828-1832, ил. 86). В тесной связи с ним были осуществлены планировка и застройка двух площадей (ныне - Островского и Ломоносова), объединенных улицей, носящей ныне имя Росси. Это был самый крупный ансамбль не только в творчестве Росси, но и вообще во всей русской архитектуре XVIII-XIX веков.

Проектируя театр и его окружение, Росси разработал более десяти вариантов общего решения, из них последний, осуществленный в натуре, наиболее экономичен, выразителен и в планировочном отношении пропорционально гармоничен.

В здании театра, монументального и парадного по своему облику, Росси проявил себя как превосходный зодчий-строитель, смело применивший металлические перекрытия и передовое для того времени техническое оборудование.

Последней работой Росси, также значительной с точки зрения градостроительства были объединенные аркой здания Сената и Синода (ныне Центральный исторический архив; 1829-1834 гг.), перестройкой которых было завершено формирование центральных площадей у Адмиралтейства. Выполненные в натуре без непосредственного участия самого Росси, эти постройки несколько уступают в деталях его основным работам.

Росси был тонким мастером интерьера. Об этом свидетельствуют внутренние отделки Михайловского дворца (Белый зал и главная лестница), здания Главного штаба и Александрийского театра. Он много работал и в области прикладного искусства.

В своей деятельности Росси опирался на большой творческий коллектив. С ним постоянно работали скульпторы С. С. Пименов и В. И. Демут-Малиновский, живописцы И. Скотти и А. Виги, инженеры - Ч. Берд, А. Кларк и другие.

А. А. Монферран (1786-1858) приобрел известность как строитель Александровской колонны на Дворцовой площади (1829-1834) и Исаакиевского собора (1818-1858) в Петербурге.

Исаакиевский собор - одно из последних крупных монументальных сооружений в русской архитектуре XIX века (ил. 88). Композиция его и архитектурно-декоративные формы еще связаны с классицизмом. В убранстве собора были применены в больших масштабах ценные облицовочные материалы (гранит, полихромные мраморы, бронза). Внутри сооружение расписывали выдающиеся живописцы: К. П. Брюллов, Ф. А. Бруни и другие. Возведение собора, учитывая его исключительно крупные размеры и сложность конструкций, потребовало использования новых технических средств; оно стало выдающимся событием в европейской строительной практике первой половины XIX века.

Ил. 88. А. А. Монферран. Исаакиевский собор. 1818-1858. Ленинград
Ил. 88. А. А. Монферран. Исаакиевский собор. 1818-1858. Ленинград

Наряду с Москвой и Петербургом шло значительное строительство и в ряде крупных губернских городов. Так, в Одессе был создан Приморский бульвар, в Нижнем Новгороде (Горький) сооружены торговые ряды Макарьевской ярмарки, в Ярославле - Гостиный двор.

Период с 1815 года до середины 1830-х годов был в русской архитектуре заключительным в длительном процессе развития классицизма. Крупнейшие создания этого времени отличаются широким градостроительным подходом. Глубокие патриотические идеи, связанные с освободительной войной, нашли яркое выражение в строительстве. Они сказались в типичной для этих лет приподнятости замысла, величественности и грандиозности архитектурных композиций, в последовательно применяемом синтезе искусств. По-прежнему в создании крупных архитектурных сооружений принимали ближайшее участие многие выдающиеся скульпторы и живописцы.

Для этого времени характерны не только отдельные крупные сооружения, иногда определявшие своим видом облик целых площадей и улиц, но и широкое жилое строительство. Формируется тип многоквартирного жилого дома, еще очень простого и строгого по своей архитектуре - в Петербурге, небольшого особняка - в Москве и в некоторых провинциальных городах. Цельность и строгость обширного городского строительства во многом определялись широким распространением образцовых (типовых) проектов. В разработке их принимали участие многие крупные зодчие того времени (Захаров, Томон, Стасов и другие).

В первой трети XIX века в конструкциях зданий и мостов стал все шире использоваться металл. В Петербурге началось строительство многоэтажных промышленных зданий с внутренними металлическими каркасами.

На рубеже 1830-1840-х годов в стилистике русской архитектуры происходит резкий перелом: на смену классицизму приходит эклектика, характеризующаяся воспроизведением в интерьерах и на фасадах мотивов и форм различных исторических стилей. Творческий метод, предопределивший развитие эклектики, как раз основывался на этом принципе "выбора" (само слово "эклектика" происходит от греческого слова "эклегейн" - "выбирать").

Начавшееся еще в 1830-х годах разочарование в художественных идеалах классицизма, переход на рубеже 30-40-х годов от классицизма к эклектике были вызваны целым комплексом причин, связанных и с новым характером социальных заказов, порожденных развивающимися капиталистическими отношениями, и с изменениями в общей системе идейно-эстетических воззрений. Особое значение для последующего развития русской архитектуры имело обращение к наследию древнерусского зодчества, воплотившееся в так называемом "русско-византийском стиле".

В архитектуре городских зданий, начиная с 1840-х годов, наибольшее распространение получили мотивы ренессанса и барокко. "Неоренессанс" и "второе барокко" ("необарокко") в совокупности с "неоготикой", "русско-византийским стилем" и другими стилистическими направлениями, характерными для ранней эклектики 1840-х - начала 1860-годов, сформировали присущее ей "многостилье", ставшее важнейшей стилистической особенностью архитектуры того времени.

Увлечение различными "историческими" стилями и быстрая смена одного увлечения другим особенно чувствовались в области интерьера, где, начиная еще с конца 1820-х годов, входит в моду использование многих стилей: так называемого стиля неогрек, ренессанса, рококо, помпейского и других.

Яркими представителями первого поколения архитекторов-эклектиков были А. П. Брюллов, А. И. Штакеншнейдер, К. А. Тон, Н. Е. Ефимов, Н. Л. Бенуа, М. Д. Быковский и другие.

А. П. Брюллов (1798-1877) в одних своих постройках продолжал стилистические традиции позднего классицизма (Пулковская обсерватория, 1834-1839, здание штаба Гвардейского корпуса на Дворцовой площади, 1837-1843, органично завершившее ее ансамбль), в других обращался к мотивам различных стилей: помпейского, готического, ренессанса (например, в интерьерах Зимнего дворца, созданных после пожара 1837 года). В лютеранской церкви Петра и Павла на Невском проспекте Брюллов сочетал мотивы классицизма с приемами романского стиля, но при этом применил металлические конструкции, сыгравшие важную роль в композиции интерьера. В построенных им дачах в Павловске он, исходя из требований удобства и комфорта, впервые использовал новаторскую асимметричную компоновку планов.

А. И. Штакеншнейдер (1802-1865), придворный архитектор Николая I, строя многочисленные дворцовые сооружения, использовал главным образом стилистические формы ренессанса и барокко. В относительно ранней его работе - Мариинском дворце (1839-1844, ныне здание Ленгорисполкома) - композиция фасада содержит еще черты классицизма. Элементы ренессанса проявляются в здании Николаевского дворца (1853-1861, ныне Дворец труда в Ленинграде, ил. 90), барокко - в особняке Белосельских-Белозерских (1846-1848, также в Ленинграде). Штакеншнейдером был построен в различных стилях ряд парковых павильонов Петергофа.

Ил. 90. А. И. Штакеншнейдер. Николаевский дворец. 1853-1861. Лецинград
Ил. 90. А. И. Штакеншнейдер. Николаевский дворец. 1853-1861. Лецинград
Ил. 89. К. А. Тон. Большой Кремлевский дворец. 1838-1849. Москва
Ил. 89. К. А. Тон. Большой Кремлевский дворец. 1838-1849. Москва

К. А. Тон (1794-1881) выступил с попыткой создания нового, "национального" направления в русской архитектуре. В 1830 году он выполнил проект церкви Екатерины у Калинкина моста в Петербурге в виде пятиглавого храма в "русском" стиле. Утвержденный правительством проект явился стилистическим образцом для бесчисленного количества других церквей, построенных в России в XIX веке. "Русско-византийский стиль" Тона в полной мере соответствовал официальной идее "православия, самодержавия и народности", провозглашенной правительством Николая I. Наиболее крупной постройкой Тона был храм Христа Спасителя в Москве (1837-1883), возведенный в честь победы России в Отечественной войне 1812 года. Массивное сооружение, выделявшееся своими огромными размерами и богатством отделки, было одним из градостроительных центров Москвы.

В 1838-1849 годах Тон построил Большой Кремлевский дворец, в архитектурной обработке которого совмещаются классицистические, ренессансные и древнерусские мотивы (ил. 89). С высокой степенью профессионального мастерства были решены интерьеры, в том числе Георгиевский и Владимирский залы. Дворец этот - величественное сооружение, построенное с применением новых строительных технических средств. По проекту Тона были сооружены в 1843-1851 годах первые вокзальные здания в России (ныне Ленинградский вокзал в Москве и Московский вокзал в Ленинграде) с фасадами неоренессансного характера.

Крупным зодчим Москвы того времени был М. Д. Быковский (1801-1885), ученик Д. Жилярди. Он также применял во внешнем облике созданных им сооружений различные декоративные элементы, заимствованные из памятников прошлого. Однако в своем лучшем произведении - постройках в усадьбе "Марфино", близ Москвы, он сохраняет основные черты строительства предшествующего времени - подчиненность всех отдельных сооружений единому замыслу, их тесную связь с конкретным местом. Особенно удачной можно считать террасу с мостом на озере, в какой-то мере напоминающую постройки Баженова в Царицыне.

В формах "неогрека" построено было по проекту Л. Кленце архитектором Н. Е. Ефимовым здание Нового Эрмитажа в Петербурге, наделенное портиком с атлантами, созданным скульптором А. И. Теребеневым. Типичными примерами стилизаторского "неоренессанса" могут служить административные здания, возведенные на Исаакиевской площади Н. Е. Ефимовым в 1844-1853 годах.

Характерны постройки Н. Л. Бенуа (1813-1898), использовавшего декоративные формы различных стилей. В псевдоготических формах он возвел здания придворных конюшен (1848-1855) в Петергофе и вокзал "Новый Петергоф", в формах стилизаторского "второго барокко" - фрейлинские корпуса, расположенные рядом с Большим Петергофским дворцом, сооруженным Растрелли в середине XVIII века.

Архитектура эклектики характеризуется нарастающей сложностью и обилием декора, но при этом она в значительной мере утратила монументальность и торжественный героический пафос архитектурных образов, присущих зодчеству классицизма. Исчезает и прежний ансамблевый размах градостроительных решений. С другой стороны, постройки середины XIX века, по сравнению со зданиями предшествовавшего периода, отличаются более разнообразными приемами объемно-пространственной композиции, более широким и смелым применением новаторских металлических конструкций. Между новой структурой зданий и стилизаторским декором их фасадов, повторяющим мотивы исторических стилей, возникало определенное противоречие. Сложное переплетение рационалистических и стилизаторских тенденций и порожденный им эклектизм композиционных решений стали характерными чертами архитектуры, начиная с середины XIX века, определяя наряду с многостильем декора ее художественно-стилистические особенности.

Первоисточник: 
История русского искусства. Ответственные редакторы И.А. Бартенев, Р.И. Власова - М.,1987
 
 
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите  Ctrl  +  Enter  .
ЕЖЕГОДНЫЙ КОНКУРС ЛУЧШИХ РЕСТАВРАЦИОННЫХ ОТЧЕТОВ И ДНЕВНИКОВ
Система Orphus

Если вы обнаружили опечатку или ошибку, неработающая ссылку или изображение, пожалуйста, выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта. Выделите ошибку и нажмите Ctrl+Enter.